Глава 18. Много поводов для удивления

Солнце первыми, ещё прохладными лучами коснулось верхушек великих пирамид города. Тишина, глубокая и торжественная, висела над просыпающимися кварталами. Дин и Лоя ещё спали, наслаждаясь редкими часами покоя, когда их мир внезапно рухнул.

Кто-то нагло, с разбегу, прыгнул прямо на середину их огромной кровати. Ещё до того, как веки разомкнулись, сработали инстинкты ветеранов: у Дина в руке, словно из ниоткуда, появился тяжёлый плазменный пистолет, направленный в центр прыгающего пятна, а у Лои в ладони зловеще блеснул длинный, как бритва, ритуальный нож.

— Эй! Вы что, убить меня хотите? — послышался весёлый, звонкий голос Анны. — Вставайте, вставайте, вставайте!

Каждое слово сопровождалось энергичным прыжком, от которого матрас стонал, а одеяло взлетало в воздух. Немного придя в себя и судорожно пряча оружие, Дин и Лоя удивлённо смотрели на совершенно счастливого ребёнка. Анна буквально светилась изнутри, скача вокруг них с такой скоростью, что казалось, её силуэт раздваивается.

— Сони, просыпайтесь! Утро уже, солнце встало!

— Эй, потише, ты как обезьянка скачешь, — улыбнулась Лоя, всё ещё пытаясь унять колотящееся сердце.

— Обезьянка? — Анна на секунду замерла в нелепой позе, задрав одну ногу. — Это такие смешные, по деревьям прыгают? Да, я сейчас точно похожа на обезьянку!

— А с чего, собственно, такая энергия и дикая радость? — спросил едва продравший глаза Дин, принимая сидячее положение. — Вчера вообще-то...

— Это было вчера! — отрезала девочка, усевшись между ними и смешно сморщив нос. — Вы мне обещали показать город. Вчера осталось позади во временном потоке, — добавила она вдруг с очень серьезным, почти пугающим видом. — Полученные знания, конечно, ещё сыграют свою роль в будущем, так как они формируют модель поведения и восприятия реальности... Но сейчас — утро!

Дин и Лоя переглянулись в немом шоке. Эта смесь детской непосредственности и мудрости древнего существа всё ещё сбивала с толку.

— Знаешь, мы как-то не привыкли начинать сходить с ума до завтрака, — заметила Лоя, погладив девочку по растрепанным волосам.

— Ну и не надо! — весело ответила Анна, мгновенно переключаясь обратно в режим ребёнка. — Давайте поедим и вперёд! — она указала в окно и, состроив хмурую мину, добавила: — Вперёд по потоку времени...

— О нет! — Дин картинно схватился за голову. — Уведите от меня этого маленького философа!

Завтрак прошёл в суматохе. Анна сгребла в сумку все фрукты, которые попались под руку — от бананов до огромных апельсинов, — и теперь, жуя на ходу, с живым интересом рассматривала городские пейзажи.

Они вышли на одну из центральных улиц, утопающую в тени раскидистых деревьев, чьи листья переливались всеми оттенками зелёного в утреннем свете. Повсюду журчала вода в арыках, облицованных белым камнем, а воздух был напоен ароматом жасмина и свежеиспечённого хлеба. На высоких каменных террасах, возведенных ещё древними строителями, люди уже начинали работать в садах и на грядках, бережно ухаживая за каждым ростком.

— Как интересно, — проговорила Анна, глядя на работающих фермеров. — Разве нет технологий, чтобы это делали не люди? У Двенадцатого, например, всё делают дроиды.

— Это традиции, — ответила Лоя, с гордостью оглядывая свой город. — Так мы живём и остаёмся готовы в любой момент к сложностям с техникой.

— Ну да, а ещё они до недавнего времени жертвоприношениями развлекались, — вставил Дин, не упустив шанса съязвить. — Это ведь так забавно, да, любимая? Помнишь, как ты хотела меня на алтарь положить?

— Ты, мелкий тукан, — беззлобно бросила Лоя, ткнув его локтем в бок, — ничего не понимаешь в наших традициях. Жертв больше нет, но дисциплина осталась.

— Куда нам, мелким туканам, до вас, госпожа жрица, — иронично парировал Дин.

— О, а вы правда были жрицей, тётя Лоя? — Анна с любопытством уставилась на девушку.

— Вот я уже и тётя, — усмехнулась та. — Ну да, была жрицей Культа Ицамны. Но это в прошлом, культа больше нет, тем более что всё это было сплошным обманом.

Лоя подошла к раскидистому дереву и сорвала крупное, налитое соком жёлтое яблоко.

— Попробуй, — она протянула плод Анне.

Анна с наслаждением откусила большой кусок, сок брызнул во все стороны.

— Как вкусно! И так свежо!

— И ты, умник, попробуй, — Лоя протянула плод Дину.

Дин с недоверием откусил кусочек.

— Да... — удивлённо сказал он, прожевав. — Я чувствую вкус. Такой... настоящий. Необычно для меня.

— Это тебе не ресурс картриджа перерабатывать, туканчик. Вот потому мы выращиваем всё сами. Земля даёт жизнь тем, кто о ней заботится.

Рассматривая город, они подошли к внешней стене — колоссальному сооружению из базальта и стали, отделяющему оазис от пустоши. Их встретил патруль Бездушных в доспехах. Увидев Лою, воины коротко поклонились.

— Проводите нас на наблюдательный пост, — распорядилась она.

На посту царил полумрак, разбавляемый лишь мерцанием десятков экранов. Молодая девушка-страж в облегчённых латах полулежала в кресле, лениво перебирая данные.

— Что-то мне это напоминает, — улыбнулась Анна, оглядывая мониторы.

— Да, похоже, но здесь меньше данных, чем у тебя в голове. За каждым постом закреплён участок пустоши, — рассказывала Лоя, выводя на центральный экран панораму пустыни.

— А чего вы боитесь? — спросила девочка, прильнув к бойнице. — Там же только песок и камни. Пусто и мертво.

— Отголоски древней войны всё ещё встречаются. Забредают сошедшие с ума боевые дроиды, которые застряли в цикле "найти и уничтожить", или залетают разведчики древних армий. Сейчас реже, но всё равно случается. Древность не отпускает нас так просто.

Дин поднял Анну к высокой бойнице.

— И всё-таки разительный контраст, — сказал он, глядя вниз. С одной стороны стены бушевала зелень, журчала вода и кипела жизнь. С другой — простиралось бесконечное море выжженного, оплавленного песка, ржавых остовов машин и мёртвой тишины. Город выглядел как драгоценный изумруд, брошенный в кучу пепла.