Глава 27. Последний шаг. Часть 1

Корабль снижался почти вертикально, втискиваясь в узкое горло ущелья. Дюзы «Разведчика» выплевывали яростное пламя, которое тут же гасло в разреженном, смертельно холодном воздухе.

— Температура за бортом — минус семьдесят, — удивленно доложил Двенадцатый, чьи сенсоры испуганно мигали красным. — Прохладно, однако. Даже для моих сочленений.

— Да уж, не вечное лето, — тихо кивнула Лоя,— Живой металл должен справиться. Справишься? — обратилась она к своей руке, на которой проступила серебристая вязь.

Живой металл на ее коже покрылся мелкой рябью и внезапно сменил цвет на ослепительно-матовый белый, мимикрируя под окружающий пейзаж.

— Кажется, ему уже холодно, — грустно улыбнулась Сиу, её глаза светились в полумраке рубки.

— Должен выдержать, — коротко бросил Дин, проверяя затворы снаряжения. — У нас нет другого выхода.

— Воздух в норме, осадков и движения ветра нет, — продолжал дроид, выводя данные на главный экран. — Волна прошла секунду назад, но... никаких эхо-сигналов. Этот мир просто застыл, как муха в доисторическом янтаре.

Корабль мягко коснулся дна ущелья, почти не подняв пыли — даже снег здесь казался слишком тяжелым, чтобы летать. Совсем рядом, едва различимый под многометровым слоем неподвижного пуха, лежал разбитый челнок Элины.

— Значит так: идем я, Дин и Сиу, — безапелляционно отрезала Лоя

Черный дернулся, хотел что-то возразить, но Сиу мягко перехватила его запястье.

— Не нужно. Нас защитит Живой металл, а твоя плоть может не выдержать такой запредельный холод. Пригляди за кораблем, Чёрный. Ты — наш тыл.

— Я за ним пригляжу, а он — за кораблем, — вставил Двенадцатый, похлопав воина по металлическому наплечнику.

— Я буду на связи всё время, — глухо сказал Черный, опуская голову. Его голос в этой тишине прозвучал как скрежет металла по льду.

— Не хочу вас разочаровывать, друзья, но связь не работает, — подал голос дроид. — Эфир мертв. Радары, датчики, радио — всё молчит. Пространство схлопнулось.

— Это еще почему? — удивился Дин, замирая в дверях шлюза.

— А черт его знает. Просто не работает, и всё. Словно мир выключили.

Дин повернулся к Сиу:

— Что скажешь? Чувствуешь что-нибудь?

Сиу закрыла глаза. Тонкие, как паутина, нити Живого металла проросли прямо сквозь ее одежду, вытягиваясь в воздух. Они не колыхались — они застыли в пространстве, как натянутые струны.

— Жутковато выглядит, — поежился Дин.

— Не обижай их, — не открывая глаз, прошептала Сиу. — Они боятся... здесь всё чужое. Но они стараются помочь.

— Ах, простите! Все такие ранимые, жуть просто, — пробурчал Дин.

Нити медленно меняли цвет с небесного на тускло-серебристый.

— Да... мы чувствуем. Последняя часть — там, — Сиу указала на отвесную, зеркально гладкую стену ущелья. — Это как смотреть на крепко спящего ребенка сквозь толстое стекло. Ты видишь, как он дышит, но не можешь коснуться.

— Ладно, пусть спит. Меньше неожиданностей будет, — резюмировала Лоя, делая первый шаг за порог.

Через полчаса троица стояла на дне ущелья. Перед ними расстилался ослепительно белый, неестественно тихий пейзаж. Лоя посмотрела на Дина и внезапно расхохоталась.

— Серьезно? Гранатомет? Ты бы еще турель с «Разведчика» отвинтил и на горбу потащил!

— Думаешь, стоит? — Дин на полном серьезе остановился и почесал затылок под шлемом.

— Кого ты тут убивать собрался, тукан ты непробиваемый?! Время? Или лед? — вскричала Лоя.

Сиу отвернулась, пряча улыбку.

— Да ну вас обеих! Вечно вы... — в сердцах воскликнул Дин и с грохотом бросил гранатомет обратно в шлюз. Металл ударился о палубу с таким звуком, будто разбилосьДин спрыгнул на снег. От его шагов пушистые белые снежинки поднимались в воздух и... замирали. Они не падали обратно. Они оставались висеть неподвижными белыми искрами, образуя причудливый след, уходящий ввысь.

— Фантастика... — прошептала Лоя, осторожно ступая следом.

Дин уже почти дошел до челнока, когда Лоя остановилась и подняла с земли небольшой плоский камень. Она разжала пальцы — камень остался висеть на уровне ее глаз, медленно покачиваясь, но не опускаясь ни на миллиметр.

— Такого я еще не видела, — озадаченно проговорила девушка.

— Время, — тихо сказала подошедшая Сиу. — Оно здесь не течет. Оно выпало в осадок. Весь этот мир заперт в одном единственном мгновении.

— Нам только не хватало здесь зависнуть в вечном «сейчас», — поежилась Лоя.

— Нет, Живой металл внутри нас — это маленькие моторы. Мы как будто идем по прозрачному льду, а под ногами — замерзшая вечность.

— Ну, вы где там застряли? — крикнул Дин. Его голос прозвучал невероятно странно: звук не летел, он продирался сквозь пространство, становясь глухим и вязким. — Шлюз открыт, идите сюда!

Девушки подошли к челноку. Серебристый металл корпуса был иссечен глубокими рваными ранами, в которых блестела изморозь. Двери шлюза поддались легко — Дин просто сдвинул их, и они заскользили с сухим шелестом. Внутри всё превратилось в хрустальный замок: каждый рычаг, каждый провод был затянут тончайшим кружевом инея.

— У этих кораблей чертовски надежные реакторы, — Дин оглядывал обледеневшую рубку. — Почему всё замерзло в ноль?

Ответ нашелся в хвосте. В реакторном отсеке зияла пробоина размером с человеческий рост, а сам корпус активной зоны был буквально вдавлен внутрь скалой.

— Она ударилась о выступ при посадке, — Лоя подняла с пола осколок гранита. — Это значит...

— Это значит, что Элина должна быть где-то здесь, — кивнул Дин. — Корабль сдох мгновенно.

Он быстро принес с «Разведчика» переносной блок питания и, ворча под нос, подсоединил кабели к панели управления. Экраны мигнули, неохотно наливаясь тусклым светом.

— Так, журнал... Последняя запись.

Лоя вывела изображение. На экране появилась Элина. Она выглядела изможденной, ее лицо пересекала глубокая ссадина, но взгляд был ясным.

— Буду немногословной, — голос из динамиков хрипел. — Я не рассчитала вектор. Корабль мертв. Для меня это финал, но миссию я доведу. В сердце горы есть каверна. Там я оставлю последнюю часть и запущу цикл. Ну а сама... буду обустраиваться. Если кто-нибудь найдет эту запись... — она на мгновение замолчала, глядя прямо в камеру. — Конечно, никто не найдет. Но, доченька... я так тебя люблю.