Глава 1. Точка входа

Сообщение пришло в четверг, в начале второй ночи.

Искусство не включено. Сбоку багажника обратите внимание на стабилизатор напряжения — сгоревший на прошлой неделе во Вроцлаве, на международном уровне. Это показывалось на экране пяльной станции. Работа простая, почти автоматическая. Думать не надо. Хорошо.

вода затуманилась.

Покажите это в отеле. После представления никаких действий.

Вася_Дрон: рт слушай вот такое дело. ты же с метростроевцами знаком был?

Арт поставил паяльник на подставку.

На строительстве работало большинство Коломиетов. Не в офисе, а руками — монтажником. Спустя сутки бригада покинула это место в тот же день недостроенного метро. Раньше он иногда присылал фотки: бетонные кольца, мокрая глина, кабели, уходящие в темноту. Искусство неинтересно.

Каково содержание?

Вася_Дрон: Там в шахте нашел стену. не наш. буры не берут. вообще. победитовые коронки в крошку. прораб в ахуе. сегодня все разогнали с участка. официальная «техническая сложность»

Произведения искусства появились в интернете.

Буры не берут — это интересно. Не в слове «ничего не разобрать», а в слове «странно». А как насчет такого материала, куда же без него? Кварцит? Нет, победит режет кварцит. Борид? Нет, тоже. Может, просто форма — не материал, а структурная поверхность.

Он написал: глубина какая?

Вася_Дрон: метров сорок от поверхности. под старым руслом реки, там где линия на левый пошла. Оставайтесь возле нижней части тонно. метр два в диаметре, полный круг. гладкая как зеркало только чёрная

Изображение было использовано правильно.

И что ты хочешь от меня , — написал он.

Вася_Дрон: ну ты же гоняешь своих дронов везде. я думаю. И вентиляция не нужна. Дрон должен быть готов к пост-шоу. просто интересно что там. Тема интересная.

Артём закончил пайку. Поднял плату, проверен контакт. — Хорошо.

Когда , — написал он.

Вася_Дрон: завтра. пока участок закрыт можно пролезть спокойно

В крышке телефона. Поставил плату остывать.

Интересно или нет — это был не тот вопрос. Ну вот, как твои дела с альбомом? участок и смотреть, либо сидеть дома и не смотреть. Оба имеют одинаковый смысл. Но один из них, хотя бы что-то дает.

Он взял телефон.

Ок. Во сколько.

Сильная держава была звездой, ретивой и отвоевавшей банк. Одна секция была решена в сундуке. Вася ее и показал, приподнял достаточно.

— Точно, там внутри камера есть, — сказал он. — Нет, она смотрит на кран, а не на нас.

Артём пролез сом. Вася следом.

Участок был пустой — пятница, утро, нет работы. Техника стоит. Кран застыл. Дорожка к шахте — бетонные плиты, уложенные криво, с просветами.

— Вот, — сказал Вася и показал на круглое отверстие в земле, закрытое щитом обзора. — Вентиляция. Не заделанная, я говорил. Диаметр — семьдесят сантиметров. Ваш дрон работает?

Изображение установлено на дроне. Стандартный полуподвижный, полугоночный. Диаметр — в три раза больше диаметра двигателя.

— Пролезет.

- Что ты делаешь?

— Через шлем. Дрон даёт картинку. Я вижу всё, что он видит.

Вася кивнул. Он это знал — они знакомы три года, видел Артёма на нескольких гонках. Просто спросил для разговора.

Артём надел шлем, откалибровал. Проверил связь с дроном — сигнал хороший. Не ожидал другого — открытое место. Батарея полная, поставил с ночи.

— Сколько проработает? — спросил Вася.

— На тихом ходу — минут двадцать, может, тридцать. Там темно будет, надо включить прожекторы. Они жрут.

— Ладно.

Артём убрал щит с вентиляционной шахты. Посветил фонарём — вниз уходило тёмное горло. Стены бетонные, мокрые. Лестница — металлические скобы, вбитые в стену.

— Я за дроном, ты сзади стоишь, — сказал он. — Если кто появится — стукни по плечу.

— Договорились.

Он запустил дрон аккуратно. Не по-гоночному — медленно. Chimera завис у горловины, потом плавно пошёл вниз.

В шлеме — темнота. Только прожектор рисует круг на стенах. Влажный бетон, кое-где плесень. Глубоко. Дрон шёл почти вертикально вниз. Артём держал его у самого центра шахты, подальше от стен.

На восемнадцати метрах шахта закончилась — вышла в горизонтальный тоннель. Артём довернул дрон, осмотрелся.

Тоннель шёл в обе стороны. В одну, судя по разметке, — к основной шахте. В другую — к заброшенному ответвлению. Он полетел к ответвлению.

Там уже было по-другому. Кладка старая — кирпич, не бетон. Заброшено давно, это видно. Рельсы — то ли для вагонеток, то ли что-то раньше возили. Кое-где обвалы, приходилось огибать.

Дрон слушался хорошо, реакция чистая. Батарея: 81%.

Он летел дальше.

Тоннель сужался, потом расширялся. Поворот налево, ещё поворот. Потом — тупик.

Нет, не тупик. Стена.

Прожектор дрона упал на неё. И Артём несколько секунд просто смотрел.

Вася не врал. Стена была — именно стена, не обвал, не скала. Ровная, идеально ровная. Перекрывала тоннель от пола до потолка. Чёрная, матовая, без единого шва. Он подогнал дрон ближе — прожектор отражался от неё почти как от зеркала. Только без бликов. Как будто свет уходил в поверхность и не возвращался.

Он поднял квадрик выше, пробежался по краям. Стена вписана в тоннель идеально. Не построена, а как будто выросла из породы. И тоннель был прорыт до неё.

Батарея: 68%.

Артём подумал.

Он подлетел к стене дроном вплотную — сантиметров десять. Посмотрел на текстуру в прожекторе. Не металл — слишком матовая. Металл бы давал хоть какое-то отражение. Не камень — слишком ровная. Любой камень имеет зернистость.

Он осторожно подтолкнул Химеру вперёд — чтобы пропеллер коснулся поверхности.

Дрон прошёл сквозь неё.

Артём дёрнул стик назад — рефлекс, когда квадрокоптер идёт в стену. Но было поздно.

Он уже был по ту сторону.

Картинка в шлеме не пропала. Сигнал держался. Он видел темноту — другую, не тоннельную. Шире. Выше. Прожектор показывал что-то далеко внизу. Пол, не бетонный.