Глава 1. Смерть и рождение

Такой день, как сегодня, выпадал всего несколько раз в долгой и кровавой истории Империи Астара. Выпуск из Академии Стратегии, к которому Квинт шел долгие годы, совпал со смертью Императора. По суровому своду законов Астара церемонию выпуска офицеров отменить было невозможно: уже на рассвете следующего дня каждый из них должен был отбыть к месту несения службы в самые глухие и опасные уголки империи.

Вчера утром два тяжелых, утробных выстрела из пушек на крепостной стене объявили народу Астары, что Император Тутмос XXVI готовится к отбытию к Золотому горизонту. В империи это означало лишь одно — смерть правителя. Квинт был искренне расстроен, и не только потому, что именно при Тутмосе, благодаря невероятной, почти сказочной случайности, он попал в стены Академии. Сам покойный владыка был, в сущности, неплохим человеком и мудрым правителем, но правил он недолго. Всего двадцать лет Империя Астара наслаждалась хрупким миром. Потерпев позорное и сокрушительное поражение от Касты Ра, император затаился в тени, по крупицам собирая силы для реванша, который теперь ляжет на плечи его преемника.

— Эй, Квинт, чего нос повесил? Сегодня же выпускной, ночь великих приключений и дешевого вина! — Это был Маркай, единственный и лучший друг Квинта.

— Да я не грущу, — Квинт заставил себя улыбнуться, хотя на сердце было тяжело. — Просто странное чувство, Маркай.

— Что странного, дружище? — Маркай по-свойски хлопнул его по плечу, выбивая пыль из мундира. — Император умер, да здравствует император! Порядок вещей неизменен.

Через несколько часов над замершим городом разнесся голос глашатая. На главной площади, под звон колоколов, было объявлено, что сын почившего взошёл на престол, приняв тронное имя Тархулар XLV.

— Просто похороны совпадут с вручением наших мечей, — негромко сказал Квинт, глядя на суету внизу.

— Да плюнь ты на это! Зато какое зрелище увидим, Квинт! — Маркай восторженно вскинул руки к темнеющему небу. — Такого люди ждут столетиями. А ты, друг мой, — Маркай вдруг понизил голос и склонился к самому уху Квинта, — без обид, но безродный парень вроде тебя о таком зрелище и мечтать бы не мог, если бы не случай. Не обижайся за «безродного».

— Я и не обижаюсь, — Квинт гордо выпрямился, и в его глазах блеснул холодный огонь. — Сегодня этот безродный получит офицерские погоны и личное оружие.

— О да, дружище, ты у нас поистине уникален! — Маркай коротко заржал, скрывая за смехом неловкость.

— Потом обязательно выпьем, обмоем так сказать погоны, улыбнулся Квинт.

Он слишком хорошо помнил тот серый, пропитанный гарью день, когда империя принимала свои разбитые, окровавленные полки. Тогда на полях сражений осталось столько офицеров, что командовать выжившими солдатами стало просто некому. И тогда сломленный, но не сдавшийся император издал свой знаменитый закон — «Закон Золотого Дублона». Суть его была по-солдатски проста и жестока: Верховный Стратег армии лично объезжал города и на главной площади бросал в толпу золотую монету. Любой юноша или мальчишка, сумевший поймать её или отбить у других, автоматически зачислялся в Академию Стратегии, куда простолюдинам путь был заказан веками. Дворянство, конечно, повозмущалось, запахло мятежом, но пара отрубленных голов самых крикливых лордов быстро остудила их дворянский пыл.

Стратег приехал и в тот маленький захудалый городишко на окраине, где на грязных улицах выживал маленький Квинт — голодный, оборванный ребенок без будущего. Согласно закону, Стратег бросил в толпу первый золотой дублон… и ничего не произошло. Изможденные горожане со скукой и скрытой ненавистью смотрели на холёного чиновника в золоченой броне, мечтая лишь о том, чтобы он поскорее убрался в свою столицу. Четыре монеты одна за другой улетели в дорожную пыль, оставшись незамеченными. Стратег смотрел на это сборище с нарастающим обречением и брезгливостью. А вот пятая монета, сверкнув на солнце, упала прямо к ногам грязного пацана. Тот молниеносно накрыл её ладонью и, расталкивая локтями взрослых, протиснулся к помосту.

Увидев в заскорузлой, покрытой цыпками руке заветное золото, Стратег выдохнул с облегчением.

— Тебя как звать, малой? — спросил он, приглядываясь к волчонку.

— Сам ты малой! — огрызнулся мальчишка, и толпа взорвалась хохотом. — Нет у меня имени. Просто пацан.

Стратег внимательно посмотрел в эти недетские, злые глаза и объявил на всю площадь:

— С этого дня даю тебе имя Квинт и зачисляю волей императора в Академию Стратегии! — Он протянул руку мальчишке. — Идем, Квинт, тебя ждет великое будущее.

— А там кормят хоть? — с подозрением спросил оборвыш, не спеша принимать ладонь вельможи.

— Ты будешь офицером армии Его Величества Императора. Голодать тебе больше не придется.

— Ладно, веди меня, дядька, в свою богадельню. Посмотрим, что там за каша.

Толпа с немым изумлением смотрела, как столичный важный чин посадил грязного заморыша в роскошную карету с гербами и покинул город. С тех пор прошло долгих пятнадцать лет. И сегодня Квинт должен был стать лейтенантом. То, что к мечу прилагалась возможность со временем выслужить дворянство, Квинта мало волновало — его душа жаждала настоящей службы, романтики дальних гарнизонов и приключений, о которых он читал в библиотечных свитках.

Вечер нежно, как черный бархат, опустился на столицу. Прежде чем вы сохраните видео с двумя титулами Академии, торжество. Верховный Стратег, изрядно постаревший, проникнув глубокими морщинами под глазами, начал вручение. Квинт стоял в самом конце списка, но ожидание его не тяготило. Они были названы в мою честь, с другой стороны, их подвергали ступениям и замерам напротив Стратеги. Все они были полностью уничтожены, использовались в статусе, широкоплечем. офицере того самого дерзкого пацана.

Как вы использовали диплом Кинту на оборотной стороне и оборотной стороне? короткий меч — клинок из личного рсенала покойного властителя.

— Служи Империи! — негромко, но веско произнес Стратег.