Глава 23

Элис, Мэйсон и Джейсон, как никто другой, что сейчас сказала Лилиан. Потеря близкого человека всегда остается после себя пустотой, которую невозможно заполнить словами. Не знаю, что на тебе надето, так что не беспокойся об этом. твой собственный мир. Всё вокруг нынешнего существования, люди разговаривают, куда-то спешат, звонят телефоны, за окнами проезжают машины, и внутри тебя вдруг становится настолько тихо, что эта тишина глушит сильнее любого крика.

У некоторых лилий часть препаратов развалилась. На тортопливо складывала вещи в чемодан, то и дело роняя одежда из дрожащих пальцев. С другой стороны, их использовали для того, чтобы снять крышки, достать свитер, положить его в чемодан, закрыть молнию, – лишь бы не дать себе остановиться. Вот что я сказал: они здесь стоят во втором, вот и все. окончательно сломается.

– Вы уже зарегистрировали два билета. Вылет через два часа, – сказал Томас, быстро надев чёрную ветровку.

Лилиан потратила время на то, чтобы сделать это не в том месте.

– Что?.. Так быстро? – В коротком списке не новые скатились по щекам.

– Связи, – коротко ответил Том, поджав губы. Он не стал ничего объяснять. Не сейчас. Сейчас она была совершенно не до подробностей.

У Лилиан не было второго, он не имел к этому никакого отношения. заметила одну деталь.

– Где счет? – Последние слова сорвались вместе с тихим всхлипом.

Томас после ничего не показывал, но это было очень похоже на него, вот так. оставить ее, была одна для него невозможной.

– Конечно. Как вы можете получить это всего за одну минуту? Тем более мистер Грейс – мой крёстный.

Было популярно узнать, что это очень круто, это нехорошо для наркотиков в последних словах. Томас тоже был здесь на видео. Лилиан всегда была той, кто умело поддерживал каждого, когда он чувствовал себя разбитым. На девушку с расписными блестящими глазурями я ничего не тратила. руками и болью, невозможно было спрятать даже за попыткой улыбнуться. Сейчас была тема человека, который нуждался в поддержке.

С другой стороны, об этом не стоило упоминать. Лилиан не заметили, он написал дамам, ему было все равно, ни секунды не выдержала и шагнула к Томасу, прижавшись к нему всем. Он тут же обнял ее. Крепко. Так, как будто мог своими руками удержать ее от окончательного падения.

Лилиан уткнулась лицом ему в грудь, цепляясь пальцами за его куртку, и заплакала ещё сильнее. Томас молча гладил её по спине, чувствуя, как дрожат её плечи. В этот момент ему хотелось невозможного. Забрать всю её боль себе. Пусть она исчезнет из её сердца и останется только в нём. Пусть ему будет больно за двоих, лишь бы ей стало хоть немного легче. Их связь была особенной ещё с детства. Им никогда не требовалось много слов, чтобы понять друг друга. Они чувствовали настроение друг друга по одному взгляду, замечали малейшие перемены в голосе, знали, когда другому плохо, даже если тот улыбался. Они вместе переживали первые разочарования, первые победы, первые настоящие страхи. Делили радость, счастье, обиды и даже ту трепетную влюблённость, о которой страшно говорить вслух до сих пор.

Годы проходили, они взрослели, менялись, становились другими, но эта связь никуда не исчезала. И сейчас Томас чувствовал её боль так же остро, как если бы она была его собственной.

– Лили, там машина… – раздался у двери голос Джейсона. Он замер, увидев их. Его взгляд на мгновение задержался на Лилиан, которая всё ещё стояла в объятиях Томаса, а затем он отвёл глаза. – Разогрелась, – тихо закончил он.

Лилиан сразу отстранилась от Томаса и поспешно вытерла мокрые щёки. Она ничего не сказала. Томас лишь коротко посмотрел на неё, будто без слов напоминая: я рядом.

Джейсон подошёл к чемодану, поднял его с пола и взял в руку.

– Пойдём.

Лилиан молча кивнула. Она ещё раз взглянула на комнату, словно пыталась запомнить всё до мельчайшей детали, а затем последовала за Джейсоном. Томас пошёл следом. Через несколько минут они уже спускались вниз, оставляя за спиной дом, в котором ещё совсем недавно царила жизнь. В гараже стояли две чёрные машины, готовые в любой момент сорваться с места. В одной из них уже сидели Мэйсон и Элис. Джейсон молча убрал два чемодана в багажник, пока Лилиан, не выпуская телефон из рук, направилась к машине. Она то и дело смотрела на экран, словно надеялась увидеть там сообщение, которое всё изменит.

Томас возился с воротами гаража, пытаясь открыть замок, но спустя несколько секунд рядом появился Джейсон и одним движением помог ему разобраться с заевшим механизмом.

После новости о смерти отца слова будто потеряли всякий смысл. Не было ни привычных шуток, ни попыток разрядить обстановку. Даже самые простые фразы казались неуместными. Каждый словно боялся нарушить эту тяжёлую тишину, в которой слишком отчётливо слышалось чужое горе. Вскоре все разместились в одной машине.

Мэйсон сел за руль, Элис устроилась рядом с ним, а на заднем сиденье расположились Джейсон, Лилиан и Томас. Мест было достаточно, но казалось, будто воздуха всё равно не хватает. Всю дорогу Лилиан плакала. Без рыданий и причитаний. Просто слёзы одна за другой скатывались по её щекам, а она время от времени вытирала их рукавом куртки, будто надеялась, что если не смотреть на них, то происходящее перестанет быть реальным. Иногда она снова и снова перечитывала сообщения от матери о смерти отца. Вчитывалась в одни и те же слова, словно пыталась найти в них ошибку. Может быть, сейчас придёт новое сообщение и всё окажется страшным недоразумением. Но сообщения не менялись. И реальность тоже.

Ничего уже нельзя было изменить. Томас сидел рядом и время от времени молча протягивал ей салфетки. Джейсон делал то же самое, доставая новую каждый раз, когда предыдущая становилась мокрой от слёз. Иногда их взгляды встречались, но ни один из них ничего не говорил. Иногда человеку не нужно говорить, что всё будет хорошо. Особенно когда ты сам знаешь, что прямо сейчас хорошо уже не будет. Когда впереди наконец появились огни аэропорта, в машине стало ещё тише. Будто все понимали, что совсем скоро придётся отпустить Лилиан.